I. Введеніе.

Болѣзнь и излѣченіе весьма юнаго паціента, о ко-
торыхъ я буду говорить въ настоящей статьѣ, строго
говоря, наблюдались не мной. Хотя въ общемъ я и
руководилъ лѣченіемъ и даже разъ лично принималъ
участіе въ разговорѣ съ мальчикомъ, но самое лѣче-
ніе проводилось отцомъ ребенка, которому я и обя-
занъ своей благодарностью за замѣтки, которыя онъ
мнѣ передалъ для опубликованія. Заслуга отца идетъ
еще дальше; я думаю, что другому лицу вообще не
удалось бы побудить ребенка къ такимъ признаніямъ;
безъ знаній, благодаря которымъ отецъ могъ истол-
ковывать показанія своего пятильтняго сына, нельзя
было бы никакъ обойтись, и техническія трудности
психоанализа въ столь нѣжномъ возрастѣ остались
бы непреодолимыми. Только совмѣщеніе въ одномъ
лицѣ родительскаго и врачебнаго авторитета, совпа-
деніе любовнаго интереса съ научнымъ сдѣлало
здѣсь возможнымъ использовать методъ, который
въ подобныхъ случаяхъ вообще врядъ ли могъ
бы быть примѣнимъ. Но особенное значеніе этого
наблюденія заключается въ слѣдующемъ. Врачъ, за-
нимающійся психоанализомъ взрослаго невротика,
раскрывающій слой за слоемъ психическія образова-
нія, приходитъ, наконецъ, къ извѣстнымъ предполо-
женіямъ о дѣтской сексуальности, въ компонен-
тахъ которой онъ видитъ растительную силу для
всѣхъ невротическихъ симптомовъ послѣдующей

8

жизни. Я изложилъ эти предположенія въ опублико-
ванной мною въ 1905 г. „Теоріи полового плеченія“.
И я знаю, что для незнакомаго съ психоанализомъ
они покажутся настолько же чуждыми, насколько
для психоаналитика неопровержимыми. Но и психо-
аналитикъ долженъ сознаться въ своемъ желаніи по-
лучить болѣе прямымъ и короткимъ путемъ доказа-
тельства этихъ основныхъ положеній. Развѣ это такъ
невозможно, изучить у ребенка, во всей свѣжести,
тѣ его сексуальныя побужденія и образованія же-
ланій, которыя мы у взрослаго съ такимъ трудомъ
должны раскапывать изъ развалинъ? Тѣмъ болѣе,
что, по нашему убѣжденію, они составляютъ достоя-
ніе конституціи (предрасположенія) всѣхъ людей и
только у невротика оказываются усиленными или
искаженными.

Съ этой цѣлью я уже давно побуждаю своихъ
друзей и учениковъ собирать наблюденія надъ поло-
вой жизнью дѣтей, которая обыкновенно по тѣмъ или
другимъ причинамъ остается незамѣченной или скры-
той. Среди матеріала, который, благодаря моему пред-
ложенію, попадалъ въ мои руки, свѣдѣнія о малень-
комъ Гансѣ заняли выдающееся мѣсто. Его родители,
оба мои ближайшіе приверженцы, рѣшили воспи-
тать своего первенца безъ особеннаго принужденія.
И такъ какъ дитя развилось въ веселаго, славнаго и
бойкаго мальчишку, попытки воспитать его безъ стро-
гостей, дать ему возможность свободно расти и про-
являть себя привели къ хорошимъ результатамъ. Я
здѣсь воспроизвожу записки отца о маленькомъ Гансѣ,
и, конечно, я всячески воздержусь исказить наивность
и искренность, столь обычныя въ дѣтской комнатѣ,
соблюденіемъ ненужныхъ условностей.

Первыя свѣдѣнія о Гансѣ относятся ко времени,
когда ему еще не было полныхъ трехъ лѣтъ. Уже тогда

– 9 –

его различные разговоры и вопросы обнаруживали
особенно живой интересъ къ той части своего тѣла,
которую онъ на своемъ языкѣ обычно называлъ Wi-
wimacher. Такъ однажды онъ задалъ своей матери
вопросъ:
Гансъ: „Мама, у тебя есть Wiwimacher?“
Мать: „Само собой разумѣется. Почему ты спра-
шиваешь?“
Гансъ: „Я только подумалъ.“
Въ этомъ же возрастѣ онъ входитъ въ коровникъ
и видитъ, какъ доятъ корову. „Смотри“, говоритъ
онъ, „изъ Wiwimacher’a течетъ молоко.“
Уже эти первыя наблюденія пробуждаютъ ожида-
ніе, что многое, если не большая часть изъ того,
что проявляетъ маленькій Гансъ, окажется типичнымъ
для сексуальнаго развитія ребенка. Я уже однажды
указывалъ ^*), что не нужно приходить въ ужасъ,
когда находишь у женщины представленіе о сосаніи
полового члена. Это непристойное побужденіе до-
вольно безобидно по своему происхожденію, такъ
какъ представленіе о сосаніи связано въ немъ съ ма-
теринской грудью, при чемъ вымя коровы занимаетъ
соотвѣтствующее ему среднее мѣсто, ибо по природѣ
это—грудная железа, а по виду и положенію своему—
penis. Открытіе маленькаго Ганса подтверждаетъ по-
слѣднюю часть моего предположенія.
Въ то же время его интересъ къ Wiwimacher’y
не исключительно теоретическій. Какъ можно пред-
полагать, у него также имѣется стремленіе прика-
саться къ своему половому органу. Въ возрастѣ 31/2
лѣтъ мать застала его держащимъ руку на penis’ѣ.
Мать грозитъ ему: „Если ты это будешь дѣлать, я
позову д-ра А., и онъ отрѣжетъ тебѣ твой Wiwi-
macher. Чѣмъ же ты тогда будешь дѣлать wiwi?“

^*)Отрывокъ изъ одного анализа истеріи. 1903.

10

Гансъ: „Моимъ роро.“

Тутъ онъ отвѣчаетъ еще безъ сознанія вины, но
пріобрѣтаетъ при этомъ „кастраціонный комплексъ“,
который такъ часто можно найти при анализѣ не-
вротиковъ, въ то время какъ они всѣ протестуютъ
противъ этого. О значеніи этого элемента въ исторіи
развитія ребенка можно было бы сказать много весьма
существеннаго. Кастраціонный комплексъ оставилъ
замѣтные слѣды въ миѳологіи (и не только въ гре-
ческой). Я уже говорилъ о роли его въ „Толкованіи
сновидѣній“ и въ другихъ статьяхъ.

Почти въ томъ же возрастѣ (31/2 года) онъ воз-
бужденно съ радостью кричитъ: „Я видѣлъ у льва
Wiwimacher.“

Большую часть значенія, которымъ пользуются
животныя въ миѳахъ и сказкахъ, нужно, вѣроятно,
приписать той откровенности, съ которой они пока-
зываютъ любознательному младенцу свои половые
органы и ихъ сексуальное функціонированіе. Сек-
суальное любопытство нашего Ганса не признаетъ
сомнѣній, но оно его дѣлаетъ изслѣдователемъ и даетъ
ему возможность правильнаго познаванія.

33/4 лѣтъ онъ видитъ на вокзалѣ, какъ изъ локо-
мотива выпускается вода. „Локомотивъ дѣлаетъ wiwi.
А гдѣ его Wiwimacher?“

Черезъ минутку онъ глубокомысленно прибавляетъ:
„У собаки, у лошади есть Wiwimacher, а у стола и
стула—нѣтъ.“ Такимъ образомъ онъ установилъ су-
щественный признакъ для различія одушевленнаго
отъ неодушевленнаго.

Любознательность и сексуальное любопытство, по-
видимому, тѣсно связаны между собой. Любопытство
Ганса направлено преимущественно на родителей.

Гансъ 33/4 лѣтъ: „Папа, и у тебя есть Wiwimacher?“

Отецъ: „Да, конечно.“

11

Гансъ: „Но я его никогда не видѣлъ, когда ты
раздѣвался.“

Въ другой разъ онъ напряженно смотритъ на
мать, когда та раздѣвается на ночь. Она спраши-
ваетъ: „Чего ты такъ смотришь?“

Гансъ: „Я смотрю только, есть ли у тебя тоже
Wiwimacher?“

Мать: „Конечно. Развѣ ты этого не зналъ?“

Гансъ: „Нѣтъ, я думалъ, что такъ какъ ты боль-
шая, то и Wiwimacher у тебя какъ у лошади.“

Замѣтимъ себѣ это ожиданіе маленькаго Ганса.
Позже оно будетъ имѣть свое значеніе.

Большое событіе въ жизни Ганса—рожденіе его ма-
ленькой сестры Анны имѣло мѣсто, когда Гансу
было какъ разъ 3¹/₂ года (апрѣль 1903—октябрь
1906 г.). Его поведеніе при этомъ непосредственно
отмѣчено отцомъ: „Въ 5 час. утра, при началѣ родо-
выхъ болей постель Ганса переносятъ въ сосѣднюю
комнату. Здѣсь онъ въ 7 час. просыпается, слышитъ
стоны жены и спрашиваетъ: „Чего это мама каш-
ляетъ?“—И послѣ паузы: „Сегодня, навѣрно, придетъ
аистъ.“

„Вѣроятно, ему въ послѣдніе дни часто говорили,
что аистъ принесеть мальчика или дѣвочку, и онъ
совершенно правильно ассоціируетъ необычные стоны
съ приходомъ аиста.“

„Позже его приводятъ на кухню. Въ передней онъ
видитъ сумку врача и спрашиваетъ: „Что это такое?“
Ему отвѣчаютъ: „Сумка.“ Тогда онъ убѣжденно за-
являетъ: „Сегодня придетъ аистъ“. Послѣ родовъ аку-
шерка входить на кухню и заказываетъ чай. Гансъ
обращаетъ на это вниманіе и говоритъ: „Ага, когда
мамочка кашляетъ, она получаетъ чай.“ Затѣмъ его зо-
вутъ въ комнаты, но онъ смотритъ не на мать, а на
сосуды съ окрашенной кровью водой и съ нѣкоторымъ

12

смущеніемъ говоритъ: „А у меня изъ Wiwimacher’a
никогда кровь не течетъ.“

„Всѣ его замѣчанія показываютъ, что онъ приво-
дитъ въ связь необычное въ окружающей обстановкѣ
съ приходомъ аиста. На все онъ смотритъ съ усилен-
нымъ вниманіемъ и съ гримасой недовѣрія. Внѣ со-
мнѣнія, въ немъ прочно засѣло первое не-
довѣріе по отношенію къ аисту.“

„Гансъ относится весьма ревниво къ новому при-
шельцу, и когда послѣдняго хвалятъ, находять кра-
сивымъ и т. д., онъ тутъ же презрительно замѣчаетъ:
„А у нея зато нѣтъ зубовъ“ ¹⁾. Дѣло въ томъ, что
когда онъ ее въ первый разъ увидѣлъ, онъ былъ по-
раженъ, что она не говоритъ, и объяснилъ это тѣмъ,
что у нея нѣтъ зубовъ. Само собой понятно, что въ
первые дни на него меньше обращали вниманія, и онъ
заболѣлъ ангиной. Въ лихорадочномъ бреду онъ го-
ворилъ: „А я не хочу никакой сестрички.“

Приблизительно черезъ полгода ревность его про-
шла, и онъ сталъ нѣжнымъ, но увѣреннымъ въ сво-
емъ превосходствѣ братомъ ²⁾.

„Нѣсколько позже (черезъ недѣлю) Гансъ смотритъ,
какъ купаютъ его сестрицу и замѣчаетъ: „А Wiwima-
cher у нея еще малъ“, и, утѣшая ее, прибавляетъ: „Ну,
когда она будетъ расти–онъ станетъ больше“ ³⁾.

¹⁾Опять типичное поведеніе. Другой братъ старше всего на 2
года при аналогичныхъ обстоятельствахъ выкрикивалъ со слезами:
„Слишкомъ мала, слишкомъ мала.“

²⁾Другой мальчикъ, постарше, при появленіи на свѣтъ братца
говоритъ: „Пусть его аистъ назадъ заберетъ.“ Сравнимъ это съ тѣмъ,
что я говорилъ въ „Толкованіи сновидѣній“ о являющейся въ сно-
видѣніяхъ смерти дорогихъ родныхъ.

³⁾Къ подобному же умозаключенію въ тѣхъ же выраженіяхъ
пришли другіе два мальчика, когда съ любопытствомъ въ первый
разъ разглядывали животъ своей маленькой сестрички. Можно было
бы притти въ ужасъ по поводу этой ранней испорченности дѣтскаго

– 13 –

Въ этомъ же возрастѣ (3³/₄ года) Гансъ въ первый
разъ разсказываетъ свой сонъ: „Сегодня, когда я спалъ,
я думалъ, что я въ Gmunden’ѣ съ Марикой.“

„Марика–это 13-лѣтняя дочь домохозяина, которая
часто играла съ нимъ.“

Когда отецъ въ его присутствіи разсказываетъ
про этотъ сонъ матери, Гансъ поправляетъ его: „Не
съ Марикой, а совсѣмъ одинъ съ Марикой.“

Здѣсь нужно отмѣтить слѣдующее: „Лѣтомъ 1906 г.
Гансъ находился въ Gmunden’ѣ, гдѣ онъ цѣлые дни
возился съ дѣтьми домохозяина. Когда мы уѣхали изъ
Gmunden’а, мы думали, что для Ганса прощанье и пе-
ринтеллекта. Почему эти юнные изслѣдователи не констатируютъ
того, что видятъ, а именно: что никакого Wiwimacher’а нѣтъ?
Для нашего маленькаго Ганса это понятно. Мы знаемъ, какъ при
помощи тщательной индукціи онъ установилъ для себя общее по-
ложеніе, что живое отличается отъ неживого наличностью Wiwi-
macher’а; мать поддерживала его въ этомъ убѣжденіи, давая ему
утвердительные отвѣты относительно лицъ, уклонившихся отъ его
наблюденія. И теперь онъ совершенно неспособенъ отказаться отъ
своего пріобрѣтенія послѣ наблюденія надъ маленькой сестрой.
Онъ приходитъ къ заключенію, что Wiwimacher имѣется и здѣсь, и
онъ слишкомъ малъ, но онъ будетъ расти, пока не станетъ
столь же большимъ, какъ у лошади.

Для реабилитаціи нашего маленькаго Ганса мы сдѣлаемъ
еще больше. Собственно говоря, онъ поступаетъ не хуже фило-
софа Вундтовской школы, который считаетъ сознаніе никогда не
отсутствующимъ признакомъ психической жизни, какъ Гансъ счи-
таетъ Wiwimacher неотъемлемымъ признакомъ всего живого. Когда
философъ наталкивается на психическія явленія, въ которыхъ со-
знанье совершенно не участвуетъ, онъ называетъ ихъ не безсозна-
тельными, а смутно сознаваемыми. Wiwimacher еще очень малъ!
И при этомъ сравненіи преимущество все–таки на сторонѣ нашего
маленькаго Ганса, потому что, какъ это часто бываетъ при сексу-
альныхъ изслѣдованіяхъ дѣтей, за ихъ заблужденіями всегда кроется
частица правды. Вѣдь у маленькой дѣвочки все–таки есть маленькій
Wiwimacher, который мы называемъ клиторомъ, но который не ра-
стетъ, а остается недоразвитымъ.

14

рѣздъ въ городъ окажутся тяжелыми. Къ удивленію,
ничего подобнаго не было. Онъ, повидимому, радо-
вался перемѣнѣ и нѣсколько недѣль о Gmunden’ѣ го-
ворилъ очень мало. Только черезъ нѣсколько не-
дѣль у него начали появляться довольно живыя вос-
поминанія о времени, проведенномъ въ Gmunden’ѣ.
Уже 4 недѣли, какъ онъ эти воспоминанья перераба-
тываетъ въ фантазіи. Въ своихъ фантазіяхъ онъ
играетъ съ дѣтьми Олей, Бертой и Фрицомъ, разго-
вариваетъ съ ними, какъ будто они тутъ же нахо-
дятся, и способенъ развлекаться такимъ образомъ цѣ-
лые часы. Теперь, когда у него появилась сестра, его,
повидимому, занимаетъ проблема появленія на свѣтъ
дѣтей; онъ называетъ Берту и Ольгу „своими дѣтьми“
и одинъ разъ заявляетъ: „И моихъ дѣтей Берту и Олю
принесъ аистъ.“ Теперьшній сонъ его послѣ 6-мѣсяч-
наго отсутствія изъ Gmunden’а нужно, повидимому,
понимать какъ выраженія желанія поѣхать въ Gmun-
den.“

Такъ пишетъ отецъ; я тутъ уже отмѣчу, что Гансъ,
своимъ послѣднимъ заявленіемъ о „своихъ дѣтяхъ“,
которыхъ ему будто бы принесъ аистъ, громко про-
тиворѣчитъ скрытому въ немъ сомнѣнію.

Къ счастью, отецъ отмѣтилъ здѣсь кое-что, оказа-
вшееся въ будущемъ необыкновенно цѣннымъ.

„Я рисую Гансу, который въ послѣднее время ча-
сто бывалъ въ Schönbrunn’ѣ, жирафа. Онъ говоритъ
мнѣ: „Нарисуй же и Wiwimacher.“ – „Пририсуй его
самъ.“ Тогда онъ пририсовываетъ посрединѣ живота
маленькую палочку, которую сейчасъ же удлиняетъ,
замѣчая: „Wiwimacher длиннѣе.“

„Я прохожу съ Гансомъ мимо лошади, которая
уринируетъ. Онъ замѣчаетъ: „У лошади Wiwimacher
внизу, какъ и у меня.“

„Онъ смотритъ, какъ купается его 3-мѣсячная се-

15

стра и тономъ состраданія заявляетъ: „У нея со
всѣмъ, совсѣмъ маленькій Wiwimacher.“

„Онъ раздѣваетъ куклу, которую ему подарили,
внимательно осматриваетъ ее и говоритъ: „А у этой
совсѣмъ маленькій Wiwimacher.“

Мы уже знаемъ, что благодаря этой формулѣ ему
удается поддержать правильность свою открытія (ср.
стр. 12).

Всякій изслѣдователь находится въ опасности слу
чайно впасть въ ошибку. Но все же ошибка не такъ
велика, если она основана на смѣшеніи понятій, имѣ
ющемся въ разговорномъ языкѣ. Такого же оправда
нія заслуживаетъ и Гансъ. Такъ, онъ видитъ въ
своей книжкѣ обезьяну, показываетъ на ея закру
ченный къ верху хвостъ и говоритъ: „Смотри, папа,
Wiwimacher ^*).“

Изъ-за своего интереса къ Wiwimacher’у онъ вы
думалъ себѣ совершенно своеобразную игру. Въ пе
редней помѣщается клозетъ и кладовая. Съ нѣкото
раго времени Гансъ ходить въ эту кладовую и го
воритъ: „Я иду въ мой клозетъ“. Однажды я загля
дываю туда, чтобы посмотрѣть, что онъ тамъ дѣлаетъ.
Оказывается, что онъ обнажаетъ свой penis и го
воритъ: „Я дѣлаю виви“,–это означаетъ, что онъ
играетъ въ клозетъ. Характеръ игры виденъ не толь
ко въ томъ, что онъ на самомъ дѣлѣ не уринируетъ,
но и въ томъ, что вмѣсто того, чтобы итти въ кло
зетъ, онъ предпочитаетъ кладовую, которую онъ на
зываетъ „своимъ клозетомъ“.

Мы будемъ несправедливы къ Гансу, если про
слѣдимъ только аутеротическія черты его сексуаль
ной жизни. Его отецъ можетъ намъ сообщить свои
подробныя наблюденія надъ его любовными проявле
нія.

^*)На нѣмецкомъ (нелитературномъ) языкѣ хвостъ и penis но
сятъ одно названіе. (Перев.).

16

ніями къ другимъ дѣтямъ, въ которыхъ можно кон
статировать „выборъ объекта“ какъ у взрослаго. И
здѣсь мы имѣемъ дѣло съ весьма замѣчательной под-
вижностью и полигамическими наклонностями.
„Зимою (3³/₄ года) я беру съ собою Ганса на ка-
токъ и знакомлю его тамъ съ двумя дочурками мо-
его коллеги въ возрастѣ приблизительно около 10
лѣтъ. Гансъ присаживается къ нимъ. Онъ, въ созна-
ніи своего зрѣлаго возраста, смотрятъ съ презрѣніемъ
на малыша. А онъ глядитъ на нихъ съ обожаніемъ
во взглядѣ, и хотя это не производитъ на нихъ ни-
какого впечатлѣнія, онъ называетъ ихъ уже „своими
дѣвочками“: „Гдѣ же мои дѣвочки? Когда же придутъ
мои дѣвочки?“ А дома, нѣсколько недѣль онъ при-
стаетъ ко мнѣ съ вопросомъ: „А когда я опять пойду
на катокъ къ моимъ дѣвочкамъ?“

„5-лѣтній кузенъ находится въ гостяхъ у Ганса
(которому теперь 4 года). Гансъ много разъ обнимаетъ
его и однажды при такомъ нѣжномъ объятіи гово-
ритъ: „Какъ я тебя люблю.“

Это первая, но не послѣдняя черта гомосексуаль-
ности, съ которой мы встрѣтимся у Ганса. Нашъ ма-
ленькій Гансъ начинаетъ казаться образцомъ всякихъ
безобразій!

„Мы переѣхали на новую квартиру (Гансу 4 года).
Изъ кухни дверь ведетъ на балкончикъ, съ котораго
видна находящаяся напротивъ во дворѣ квартира.
Здѣсь Гансъ открылъ дѣвочку 7–8 лѣтъ. Теперь онъ,
чтобы глядѣть на нее, садится на ступеньку, веду-
щую къ балкончику, и остается тамъ часами. Осо-
бенно въ 4 часа пополудни, когда дѣвочка приходитъ
изъ школы, его нельзя удержать въ комнатахъ или
увести съ его наблюдательнаго поста. Однажды, когда
дѣвочка въ обычное время не показывается у окна,
Гансъ начинаетъ волноваться и приставать ко всѣмъ
 

17

съ вопросами: „Когда придетъ дѣвочка? гдѣ дѣвочка?“
и т. д., а затѣмъ, когда она появляется, Гансъ счастли-
въ и уже не отводить глазъ отъ ея квартиры. Си-
ла, съ которою проявилась эта „любовь на разстоя-
ніи“, объясняется тѣмъ, что у Ганса нѣтъ товарищей
и подругъ. Для нормальнаго развитія ребенка, пови-
димому, необходимо постоянное общеніе съ другими
дѣтьми“.

„Такое общеніе выпало на долю Ганса, когда мы
на лѣто (41/2 года) переѣхали въ Gmunden. Въ нашемъ
домѣ съ нимъ играютъ дѣти домохозяина. Францъ
(12 лѣтъ), Фрицъ (8 лѣтъ), Ольга (7 лѣтъ) и Берта
(5 лѣтъ) и, кромѣ того, дѣти сосѣдей: Анна (10 лѣтъ)
и еще двѣ дѣвочки 9 и 7 лѣтъ, именъ которыхъ я не
знаю. Его любимецъ–Фрицъ, котораго онъ часто об-
нимаетъ и увѣряетъ въ своей любви. Однажды на
вопросъ, какая изъ дѣвочекъ ему больше всего нра-
вится, онъ отвѣчаетъ: „Фрицъ“. Въ то же время онъ
по отношенію къ дѣвочкамъ агрессивенъ, держится
мужчиной, обнимаетъ и цѣлуетъ ихъ, что Бертѣ, на-
примѣръ, очень нравится. Вечеромъ, когда Берта вы-
ходитъ изъ комнаты, Гансъ обнимаетъ ее и въ са-
момъ нѣжномъ тонѣ, говоритъ: „Берта, и милая же
ты!“ Но это ему не мѣшаетъ цѣловать и другихъ дѣ-
вочекъ и увѣрять въ своей любви. Ему нравится и
Марика–14 лѣтняя дочь домохозяина, которая съ нимъ
играетъ. Вечеромъ, когда его укладываютъ въ постель,
онъ говоритъ: „Пусть Марика спитъ со мной“. Когда
ему указываютъ, что это невозможно, онъ говоритъ:
„Тогда пусть она спитъ съ папой или съ мамой“. Когда
ему возражаютъ, что и это невозможно, такъ какъ
она должна спать у своихъ родителей, завязывается
слѣдующій діалогъ:

Гансъ: „Тогда я пойду спать къ Марикѣ.“

18

Мама: „Ты, дѣйствительно, хочешь уйти отъ мамы
и спать внизу?“

Гансъ: „Но я вѣдь утромъ къ кофе опять приду
наверхъ.“

Мама: „Если ты, дѣйствительно, хочешь уйти отъ
папы и мамы, забери свою куртку, штанишки и-
съ Богомъ!“

„Гансъ забираетъ свои вещи и идетъ спать къ
Марикѣ, но его, конечно, возвращаютъ обратно.“

„(За желаніемъ: „пусть Марика спитъ у насъ“
скрыто, конечно, другое: пусть Марика, въ обществѣ
которой онъ такъ охотно бываетъ, войдетъ въ нашу
семью. Но, несомнѣнно, и другое. Такъ какъ отецъ
и мать Ганса, хотя и не часто, брали его къ себѣ въ
кровать, и при лежаніи съ ними у него пробужда-
лись эротическія ощущенія, то, вѣроятно, и желаніе
спать съ Марикой имѣетъ свой эротическій смыслъ.
Для Ганса, какъ и для всѣхъ дѣтей, лежать въ постели съ
отцомъ или съ матерью есть источникъ эротическихъ
возбужденій).“

Нашъ Гансъ, несмотря на его гомосексуальные
симптомы, при разспросахъ матери ведетъ себя какъ
настоящій мужчина.

„И въ нижеслѣдующемъ случаѣ Гансъ говоритъ
матери: „Слушай, я ужасно хотѣлъ бы одинъ разъ
поспать съ этой дѣвочкой.“ Этотъ случай становится
весьма забавнымъ, такъ какъ Гансъ держится какъ
взрослый влюбленный. Въ ресторанѣ, гдѣ мы
обѣдаемъ уже нѣсколько дней, приходитъ хорошень-
кая 8-лѣтняя дѣвочка, въ которую Гансъ, конечно,
сейчасъ же влюбляется. Онъ все время вертится на
своемъ стулѣ, чтобы однимъ глазомъ поглядѣть на
нее; послѣ обѣда онъ становится около нея, чтобы
пококетничать съ ней, но жестоко краснѣетъ, если
замѣчаетъ, что за нимъ наблюдаютъ. Когда взглядъ

19

его встрѣчается со взглядомъ дѣвочки, онъ стыдливо
отворачивается въ противоположную сторону. Его
поведеніе, конечно, развлекаетъ всѣхъ посѣтителей ре-
сторана. Каждый день, когда его ведутъ въ ресто-
ранъ, онъ спрашиваетъ: „Какъ ты думаешь, дѣвочка
будетъ тамъ сегодня?“ Когда она, наконецъ, прихо-
дитъ, онъ краснѣетъ, какъ взрослый, при такихъ же
условіяхъ. Однажды онъ приходитъ ко мнѣ сіяющій и
шепчетъ мнѣ на ухо: „Слушай, я уже знаю, гдѣ жи-
ветъ дѣвочка. Я видѣлъ, гдѣ она подымалась на лѣст-
ницу.“ Въ то время, какъ у себя онъ агресивенъ
по отношенію къ дѣвочкамъ, здѣсь онъ держится
какъ платонически вздыхающій поклонникъ. Быть-
можетъ, это связано и съ тѣмъ, что дѣвочки въ до-
мѣ–деревенскія дѣти, а это—культурная дама. Выше
уже было упомянуто, что онъ высказывалъ желаніе
спать съ этой дѣвочкой.“

„Такъ какъ я не хочу оставить Ганса въ томъ
состояніи душевнаго напряженія, въ которомъ онъ
находится изъ-за любви къ дѣвочкѣ, я знакомлю
его съ ней и приглашаю ее притти къ намъ въ садъ
къ тому времени, когда онъ выспится послѣ обѣда.
Гансъ такъ возбуждается ожиданіемъ прихода дѣ-
вочки, что онъ въ первый разъ не можетъ послѣ обѣ-
да заснуть и безпокойно вертится въ постели. Мать
его спрашиваетъ: „Почему ты не спишь? Быть-можетъ,
ты думаешь о дѣвочкѣ?“ На что Гансъ, счастливый,
отвѣчаетъ: „да“. Кромѣ этого, когда онъ пришелъ до-
мой, онъ всѣмъ разсказалъ: „Сегодня ко мнѣ придетъ
дѣвочка“, и все время приставалъ къ Марикѣ: „По-
слушай, какъ ты думаешь, будетъ она со мной мила,
поцѣлуетъ она меня, когда я ее поцѣлую“ и т. п.

Послѣ обѣда шелъ дождь, и посѣщеніе не состоя-
лось, а Гансъ утѣшился съ Бертой и Ольгой.“

Дальнѣйшія наблюденія все еще изъ періода пре-
 

90

быван1я BL деревнЪ заставляютъ думать, что y маль-
чика появляется и кое-что новое.

„Ганст (4!/, лЪтъ). Сегодня утромъ мать, какъ ка-
ждый день, купаетъ Ганса и послЪ купанья BHTH-
раетъ ero и напудриваетъ. Когда мать очень OCTO-
рожно припудриваетъ penis, чтобы его не коснуться,
Гансъ говорить: „Почему ты здЪсь не трогаешь rab-
цемъ?*

Мать: „Потому что это CBHHCTBO.*

Гансъ: „Что это значитъ? Свинство? Почему?“

Мать: „Потому что это неприлично.“

Гансъ (смЪясь): „Ho 1101111110“ *).

Почти въ это же время сновидђије Ганса по co-
держанцо своему рђзко отличается OTB той смЪлости,
которую онъ обнаружилъ по отношению къ матери.
Это первый искаженный до неузнаваемости CON.
мальчика. Только благодаря проницательности отца
удается истолковать его.

„Гансљ 41/, лЪтъ. Coun, Сегодня утромъ Гансъ
просыпается и разсказываетъ: „Слушай, сегодня ночью
я думалъ: Одинъ говоритъ: KTO XOYETH KO
M 耳 も притти? Тогда кто-то エ O B O D ロ エ モ : „Я.“
Тогда 011% должецњт его заставить сдблатњ
BHBH“.

„Изъ дальнЪйшихъ вопросовъ становится ясно,
что въ TOMB CHB зрительныя впечатлЪн\я OTCYTCTBY-
ITB, U онъ принадлежитъ къ чисто слуховому типу.
НЪсколько дней назадъ Гансъ игралљ съ ABTbMH до-

り Про подобную же попытку совращеня разсказывала Mub.
одна невропатка-мать, которая 6 XOT も a BbpuTb въ ВОЗМОЖНОСТЬ.
XbTckoi мастурбащи, EÁ пришлось сшить ея маленькой IBBOYKB
81/y 107% панталоны; когда она примфряла ихъ, то, чтобы узнать,

не будутъ ли они ее безпокойть при ходьб$, она провела рукой no
внутренней поверхности бедерт. Tyr» дЪвочка вдругъ сразу при-

жала ногами руку и попросила; „Мама, оставь тамъ руку,— это такъ..

хорошо“,

21

мохозяина, своими пріятельницами Бертой (7 лѣтъ) и
Ольгой (5 л.) въ разныя игры и между прочимъ въ
фанты (А. „Чей фантъ въ моей рукѣ?“ В. „Мой.“ Тогда
В назначаютъ, что онъ долженъ сдѣлать). Сонъ Ган-
са есть подражаніе игрѣ въ фанты, только Гансъ хо-
четъ, чтобы тотъ, кому принадлежитъ фантъ, былъ
присужденъ не къ обычнымъ поцѣлуямъ или поще-
чинамъ, а къ уринированію или, точнѣе говоря, кто
то долженъ его (Ганса) заставить дѣлать wiwi.“

„Я прошу его еще разъ разсказать свой сонъ;
онъ разсказываетъ его тѣми же словами, но вмѣсто
„тогда кто-то говоритъ“ произноситъ: „тогда она го-
воритъ“. Эта „она“, вѣроятно, Берта или Ольга, съ
которыми онъ игралъ. Слѣдовательно, въ переводѣ
сонъ означаетъ слѣдующее: я играю съ дѣвочками
въ фанты и спрашиваю, кто хочетъ ко мнѣ придти?
Она (Берта или Ольга) отвѣчаетъ: „Я.“ Тогда она долж-
на меня поставить дѣлать wiwi (т.-
е. помочь при
этомъ, что, повидимому, для Ганса пріятно).

„Ясно, что этотъ процессъ, когда Гансу открыва-
ютъ штанишки и вынимаютъ его penis, окрашенъ для
него пріятнымъ чувствомъ. Во время прогулокъ эту
помощь Гансу оказываетъ отецъ, что и даетъ поводъ
фиксировать гомосексуальную склонность къ отцу.“

„Два дня назадъ онъ, какъ я уже сообщалъ, спра-
шивалъ мать, почему она не прикасается къ его pe-
nis’у пальцами. Вчера, когда я его отвелъ въ сторон-
ку для уринированія, онъ впервые попросилъ меня
отвести къ задней сторонѣ дома, чтобы никто не могъ
видѣть, и замѣтилъ: „Въ прошломъ году, когда я дѣ-
лалъ wiwi, Берта и Ольга смотрѣли на меня“. Это,
по моему мнѣнію, должно означать, что въ прошломъ
году это любопытство дѣвицъ было для него пріятно,
а теперь-
нѣтъ. Эксгибиціонное удовольствіе (отъ об-
наженія половыхъ органовъ) теперь подвергается вы-
 

22

тѣсненію. Вытѣсненіе желанія, чтобы Берта и Ольга
смотрѣли, какъ онъ дѣлаетъ wiwi (или помогали ему
при этомъ), объясняетъ появленіе этого желанія
во снѣ, которому онъ придалъ красивую форму
игры въ фанты. Съ этого времени я нѣсколько разъ
наблюдалъ, что онъ хочетъ дѣлать wiwi незамѣтно
для всѣхъ.“

Я тутъ же отмѣчу, что и этотъ сонъ подчиняется
закону, который я привелъ въ своемъ „Толкованіи
сновидѣній“. Разговоры, которые имѣютъ мѣсто во
снѣ, происходятъ отъ собственныхъ или слышанныхъ
разговоровъ въ теченіе ближайшихъ ко сну дней.

Вскорѣ послѣ переѣзда въ Вѣну отецъ фиксируетъ
еще одно наблюденіе: „Гансъ, 41/2 лѣтъ, еще разъ
смотритъ, какъ купаютъ его маленькую сестру, и на
чинаетъ смѣяться. Его спрашиваютъ, почему?
Гансъ: „Я смѣюсь надъ Wiwimacher’омъ у Анны.“
— Почему? „Потому что Wiwimacher у нея такой
красивый.“

Отвѣтъ, конечно, ложный. Wiwimacher ему пока-
зался комичнымъ. Но, между прочимъ, теперь онъ
впервые въ такой формѣ признаетъ разницу между
мужскимъ и женскимъ половымъ органомъ вмѣсто
того, чтобы отрицать ее.

II. Исторія болѣзни и анализъ.

„Уважаемый г-нъ профессорръ! Я посылаю вамъ
опять частицу Ганса, на этотъ разъ, къ сожалѣнію,
матеріалъ для исторіи болѣзни. Какъ вы увидите изъ
прочитаннаго, у Ганса въ послѣдніе дни развилось
нервное разстройство, которое меня съ женой безпо-
коитъ, такъ какъ мы не можемъ найти средства
устранить его. Прошу разрѣшить мнѣ придти къ вамъ