• S.

    3

    ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА

    Предлагаемая вниманию советского читателя книга
    проф. З. Фрейда, творца психоанализа, посвященная
    судьбам религии, весьма симптоматична для идейных
    настроений некоторой части современной западно-ев-
    ропейской интеллигенции.

    Возникнув еще в конце прошлого столетия в ка-
    честве особого метода лечения некоторых психических
    заболеваний, психоанализ на протяжении последних
    трех десятилетий постепенно превратился в целое ми-
    ровоззрение, включающее в сферу своего рассмотре-
    ния всю человеческую культуру. Уже с самого своего
    появления он играл двойственную роль. С одной
    стороны, в известном, очень ограниченном смысле
    психоанализ выступил в качестве революционера по
    отношению к современной ему цеховой науке. Он
    стремился приподнять завесу над такими явлениями
    психической жизни, которые до того либо вообще нахо-
    дились вне поля научного исследования, либо лице-
    мерно исключались из него. Однако–одновременно-
    чем шире психоанализ распространял свое влияние,
    тем более он обнаруживал свою идеалистическую, глу-
    боко-буржуазную, реакционную природу.

    Противоречия современной психики и современной
    культуры, коренящиеся в составляющем ее основу
    классовом антагонизме, превратились с точки зрения
    психоанализа в конфликты, заложенные в самой при-
    роде человека, в наследие доисторических времен его
    формирования и развития. Человеческое сознание пси-
    хоанализ рассматривает как хрупкую оболочку над
    особым психическим миром могущественных бессозна-
    тельных влечений, определяющую роль среди которых
    играет половой инстинкт. Не общественные условия

  • S.

    4

    определяют формы удовлетворения полового влечения,
    а, наоборот, взаимоотношения между полами обусловли-
    вают различные социальные установления и явления
    человеческой культуры. С точки зрения психоанализа
    пе в общественной жизни людей, а в биосексуальной
    их природе следует искать ключи познания.

    Естественно, что, противопоставив индивидуум об-
    ществу, оторвав психический процесс от его матери-
    альной основы, психоанализ не мог не заменить объ-
    ективное изучение предмета беспочвенными, спекуля-
    тивными конструкциями.

    Наибольшее распространение в широких кругах за-
    падно-европейской интеллигенции психоанализ получил
    после войны. По своей социальной природе он пред-
    ставляет типично мелкобуржуазную теорию. Мелкобур-
    жуазный интеллигент воспринимает окружающий его
    мир как лишь чисто внешне противостоящую его вле-
    чениям силу, конфликты общественной жизни рас
    сматривает сквозь призму противоречивости своей соб-
    ственной природы, в одно и то же время ненавидит
    порождающий его строй и боится расстаться с ним.
    Он вечно колеблется между стремлением к чисто лич-
    ному наслаждению и реальностью. В самом наслаж-
    дении для индивидуума, оторванного от коллективной
    борьбы, доминирующим становится физиологический,
    животный момент. Естественно, что все эти особен-
    ности психики мелкобуржуазного интеллигента, не свя-
    занного с производственной стороной общественной
    жизни, получают себе наибольший отклик, наибольшее
    распространение и признание в периоды распада раз-
    личных общественных классов, в периоды их заги-
    бания и разложения. Судьбы учения Фрейда–прекрас-
    ная иллюстрация к этому.

    Индивидуалистически настроенный интеллигент неиз-
    бежно вступает в антагонизм с господствующими в
    капиталистическом обществе представлениями и нор-
    мами. Отсюда–его свободомыслие и либерализм. Он
    жаждет освобождения. Но, с другой стороны, он чув-
    ствует, что он сам–дитя буржуазной культуры, плоть
    от плоти и кровь от крови ее. Он ищет новых форм
    жизни, но не способен увидеть ее действительные ро-

  • S.

    5

    стки в классовой борьбе пролетариата. Движение угне-
    таемых классов ему представляется лишь в образе
    анархического, все разрушающего бунта, а не в его
    подлинной, коллективно-творческой, по своей конечной
    цели, природе. Отсюда нерешительность, половинча-
    тость, эклектизм мелкобуржуазного интеллигента.
    Все эти его черты мы находим в предлагаемой ра-
    боте проф. З. Фрейда.

    3. Фрейд приходит к отрицанию религии ют изу-
    чения патологических состояний человеческой психики.
    Он ищет путей их преодоления. Он видит, что в числе
    гнетущих человека переживаний не последнее место
    занимают религиозные представления и чувства. Он хо-
    чет освободить от них индивидуум. Пути к этому
    освобождению он видит в принижении значения рели-
    гии. В этой критической по отношению к религии
    точке зрения заслуга проф. З. Фрейда. Ради нее мы и
    издаем его работу. Понятно, что аргументы его не новы.
    Они лишь слабое повторение того, что давно было
    сказано против религии идеологами буржуазии в ре-
    волюционный период ее развития. Фрейду в критике
    религии бесконечно далеко, скажем, до Гольбаха. Но
    все же и еще один голос должен быть учтен.
    Недостатки критики Фрейда вытекают из недостат-
    ков его учения и миропонимания вообще. Ему чужда
    материалистическая точка зрения на общественную
    жизнь. У него–не историческое, а психологическое по-
    нимание эволюции религии. Он поразительно беспомо-
    щен в объяснении исторических явлений и взаимоот-
    ношений между классами. Он чисто метафизически
    понимает эволюцию человеческой психики и ее взаимо-
    отношения со средой. Все антисоциальные аффекты для
    Фрейда–наследие далеких веков, а не продукт вли-
    яния противоречий современного общества. Опыт пе-
    ределки наших беспризорников лучше всех аргумен-
    тов опровергает пустые рассуждения Фрейда о том,
    что известный процент человечества навсегда останет-
    ся антисоциальным.
    В своем отрицании религии Фрейд явно колеблется
    между мотивами, вытекающими из стремления к осво-
    бождению от нее индивидуума, и между мотивами, вы-
     

  • S.

    текающими из желания заменить религиозные цепи,
    служащие скрепами современной буржуазной культуры,
    новыми—научными.

    Но и в последнем случае Фрейд вынужден все же
    признать, что цепи религии проржавели и перестают
    выполнять свои функции. Это признание симптоматично.

    За него мы можем быть благодарны Фрейду, и чем
    скорее признание это сделается всеобщим, тем легче
    будет дышать тому, кто один только способен в на-
    стоящее время до конца последовательно порвать со все-
    ми формами религиозного мракобесия,–пролетариату.